старческая шизофрения

Советскими авторами (Е. К. Молчанова, Н. С. Иванова, И. Р. Лунинская и др.) были описаны формы старческой шизофрении с непрерывным и прогредиентным течением. Было отмечено, что при развитии непрерывной шизофрении в этом возрасте, как правило, сокращается продолжительность параноидальных и параноидных этапов развития, а их выделение нередко становится затруднительным. Переход в параноидное состояние характеризуется чаще всего появлением истинного галлюциноза, нередко доминирующего на всем протяжении психоза. Аффективные расстройства бывают не только менее яркими, чем при начале манифестного психоза в инволюционном возрасте, но обычно и иного качества. В целом они более тусклые и менее лабильные (на «малую лабильность аффектов» как на общее свойство психических растройств старческого возраста указал, как известно. С. Г. Жислин).

Вместо тревоги, беспокойства и страхов, придающих шизофреническим психозам инволюционного периода пресенильную окраску, преобладают различные оттенки угрюмомрачного, злобнонапряженного или раздраженно-неприязненного, а при другой полярности - благодушного, равнодушного или умиленного настроения. Однако в пределах такой полярности циркулярные расстройства настроения встречаются у больных парафренией вплоть до глубокой старости. Более выраженными и несколько иными становятся возрастные особенности чувственных расстройств, входящих в шизофренические галлюцинаторно-параноидные синдромы старческого возраста.

Галлюцинаторные симптомы сначала бывают обычно обильньши, при этом преобладают массовые истинные галлюцинации, но и в этом возрасте все же иногда наблюдаются и псевдогаллюцинаторные расстройства. При галлюцинаторно-параноидных синдромах старческого возраста нередко встречается свообразный «галлюцинаторный сдвиг в прошлое», т. е. слуховые галлюцинации в виде голосов давно умерших («оживших» или «говорящих с того света») родственников. При затяжном течении обычно нарастают монотонность и стереотипность галлюцинаторных расстройств (голосов), их число постепенно убывает и громкость уменьшается. С возрастом, в которм формируется галлюцинаторный синдром, учащаются и обонятельные обманы, очевидно, главным образом иллюзорные. Тактильные галлюцинозы, как известно, являются одним из предпочтительных для психозов позднего возраста синдромов; как показали исследования Н. С. Ивановой, они могут наблюдаться и при шизофренических психозах как инволюционного, так и старческого возраста.

Эти формы довольно редки и представляют собой, очевидно, относительно малопрогредиентные галлюцинаторные варианты поздней параноидной шизофрении или поздних шизофренических приступов, как бы «застывающих в галлюцинозе». Были выявлены некоторые клинические особенности, по которым шизофренические тактильные галлюцинозы (как и шизофренические галлюцинозы вообще) отличаются от структуры аналогичных синдромов при других заболеваниях позднего возраста. Галлюцинаторные расстройства оказываются обычно более сложными и разнообразными, отмечается связь тактильных галлюцинаций с сенестопатпямн. как правило, им предшествующими; галлюцинаторный бред со временем выходит за рамки бреда одержимости кожными паразитами и сочетается с другими видами бреда, более характерными для шизофрении (бредом преследования пли отравления, ипохондрическим, в том числе нигилистическим). "старческая шизофрения"
Шизофрения
Шизофрения

Шизофрения в переводе с греческого означает «расщепление психики» - утрата единства психической деятельности. Другими словами, шизофрения приводит к расщеплению мышления, снижению, а также порой извращению эмоциональных и волевых проявлений. В этом и состоят те изменения, которые вносит данное заболевание в личность больного. Имеются достоверные данные о значении наследственного предрасположения при заболевании шизофренией, однако причина ее возникновения до настоящего времени неизвестна.

В судебно-психиатрической клинике около половины испытуемых, признанных невменяемыми, составляют больные шизофренией. Это свидетельствует о ее большом судебно-психиатрическом значении.

Заболевание начинается чаще всего в возрасте от 15 до 25 лет, что дало право первоначально назвать ее «раннее слабоумие». В то же время оно может возникать у лиц моложе 15 лет (детская и подростковая шизофрения) или же в зрелом и старческом возрасте (поздняя, старческая шизофрения).

Шизофрения отличается многообразием клинических проявлений. В числе свойственных ей расстройств и дополнительных факторов основными являются тип течения болезни и особенности характеризующих болезнь симптомов. Эти показатели во многом взаимосвязаны. Точное их определение способствует разрешению как проблем лечения, так и социального прогноза. Последний включает и решение вопросов, относящихся к компетенции судебной психиатрии. Обычно выделяют три основные формы шизофрении: непрерывную, приступообразно-прогредиентную и периодическую (рекуррентную).

Непрерывнотекущая шизофрения. В зависимости от степени тяжести (прогредиентности) различают вялотекущую, умеренно-прогредиентную и злокачественную шизофрении.

Вялотекущая шизофрения. У лиц с вялым течением шизофрении не наблюдаются острые психотические состояния. В начале заболевания отмечаются неврозоподобные расстройства, неопределенные жалобы соматического характера, немотивированные колебания настроения, возникающие без объективных причин, чувство усталости. Медленное развитие болезни позволяет больным длительное время сохранять социальную адаптацию. Больные с неврозоподобными расстройствами (истерическими проявлениями, навязчивостями, астенией) редко совершают противоправные действия. По-другому стоит вопрос в случаях, когда вялопротекающая шизофрения сопровождается отчетливо психопатоподобными проявлениями. Присутствие таких симптомов, как возбудимость, раздражительность, злобность, брутальность, неустойчивость настроения, склонность к дисфориям, внушаемость, сочетающихся с эмоциональным и волевым снижением, является благоприятной почвой для совершения различных антисоциальных действий. Криминогенность данных больных усиливается под влиянием внешних дополнительных вредностей, в первую очередь употребления алкогольных напитков и наркотических средств. В состоянии наркотического и алкогольного опьянения больные могут совершать самые различные, в том числе тяжкие общественно опасные деяния. Особое место среди больных вялотекущей шизофренией с психопатоподобными расстройствами занимают лица с выраженными расстройствами в сфере влечений, так называемые гебоиды. Данные больные интравертированы, малодоступны, имеют поверхностные контакты с окружающими, оппозиционное к ним отношение (в том числе и к членам семьи), причем оппозиционность, негативизм принимают гротескный, утрированный характер; поведение отличается неадекватностью, обычно включает элементы дурашливости. Мышление носит аморфный, иногда паралогичный характер. В поведении больных с гебоидными расстройствами отмечаются расторможенность (в том числе и сексуальная), извращение влечений, нередко импульсивность, стремление к бесцельному времяпрепровождению, пассивность. Инфантильные и внушаемые больные легко входят в антисоциальную среду, обычно склонны к злоупотреблению алкогольными напитками и наркотическими средствами, бродяжничеству, беспорядочным сексуальным связям. В связи с этим раньше их относили к группе так называемых нравственно помешанных. Такие больные совершают изнасилования, хулиганские действия и кражи, т.е. представляют повышенную социальную опасность для общества.

Умеренно-прогредиентная шизофрения (бредовая, параноидная) начинается в возрасте 25-30 лет. Она развивается исподволь, постепенно, особенно в первые годы. Для указанной формы обычно характерны бредовые расстройства. Возникновению типичного бреда предшествует инициальный период, во время которого у больных могут наблюдаться навязчивости и другие неврозоподобные расстройства (подозрительность, тревожность). Этот период может продолжаться несколько лет. Затем наступает паранойяльный этап болезни. Постепенно формируются своеобразные комплексы патологических сверхценных и бредовых идей различного содержания (отравления, отношения, преследования, ревности, ипохондрический, любовный и др.),

Паранойяльный этап продолжается от 2-3 до 15-20 лет. Последующий этап заболевания определяется присоединением к бреду галлюцинаций и симптомов психического автоматизма (синдрома Кандинского-Клерамбо). Усложнение болезни протекает с выраженной тревогой, страхом, отчетливой растерянностью, чувством грозящей опасности, иногда кататоническими симптомами. В дальнейшем симптомы обострения сглаживаются, и на первый план выступают или проявления психического автоматизма, в первую очередь псевдогаллюцинации (галлюцинаторный вариант параноидной шизофрении), или различные бредовые идеи (преследования, ревности и др.), а психические автоматизмы остаются неразвернутыми (бредовой вариант параноидной шизофрении).

Обычно противоправные действия совершаются на фоне обострения симптомов психоза во время перехода болезни во второй этап. В последующем может произойти усложнение клинической картины заболевания, появление бреда величия. При этом содержание бредовых и галлюцинаторных расстройств становится фантастическим (парафренный этап болезни). Прежняя бредовая система начинает распадаться, психические автоматизмы усиливаются в своей интенсивности и становятся более разнообразными. Общественно опасные действия могут совершаться и на этих отдаленных периодах болезни. Болезнь может стабилизироваться на любом из этапов.

Исходные состояния при параноидной шизофрении менее тяжелые, чем при злокачественной. Многие из больных параноидной шизофренией после лечения могут проживать в домашних условиях, если им постоянно проводится поддерживающая терапия. Нередко у них частично сохраняется трудоспособность.

Злокачественная шизофрения начинается чаще всего в юношеском возрасте в виде нарастающих личностных изменений. При этом постепенно исчезают прежние привязанности, теряются знакомые, друзья. К близким на фоне постепенно нарастающего равнодушия возникают реакции раздражения, неприязнь, грубость, нередко сочетающиеся с проявлением брутальности. Порой о родителях больные говорят, как о своих злейших врагах. Постепенно у больных теряется интерес к окружающему, присущая подросткам любознательность. Появляются вялость, пассивность, что приводит к резкому снижению школьной успеваемости. Стремление ряда больных компенсировать недостаток психической продуктивности упорными занятиями успеха не дает. Часто в эти периоды у больных возникают несвойственные им интересы. Они начинают избирательно время от времени читать философские или религиозные книги, разрабатывают собственные методы физического или духовного совершенствования.

На фоне первичных личностных изменений происходит дальнейшее усложнение заболевания, наступающее обычно от года до пяти лет после его начала. Появляются аффективные, галлюцинаторные, бредовые и кататонические расстройства. Их характеризует одна основная черта: они не развернуты и, наслаиваясь при своем развитии друг на друга, часто мешают определить, какое же из всех расстройств является преобладающим. Два-четыре года обычно составляют продолжительность манифестного периода болезни, после которого наступает малоизменчивое конечное состояние, определяющееся эмоциональной тупостью, резким снижением целенаправленности волевых побуждений и остаточными позитивными симптомами. Общественно опасные деяния совершаются больными как на начальном этапе, так и в период появления собственно психотических расстройств - бреда, галлюцинаций и т.д. Нередко в основе совершения общественно опасных действий лежат выраженные изменения их личности и импульсивные действия.

Приступообразно-прогредиентная шизофрения. Данный тип заболевания протекает в форме приступов, однако последние более длительные, чем при периодической шизофрении. Их отличие состоит в том, что помимо свойственных рекуррентной шизофрении расстройств здесь постоянно встречаются такие синдромы, которые при периодическом течении или отсутствуют вовсе, или же появляются в резидуальном виде на отдаленных этапах болезни. Такими синдромами являются: острый вербальный галлюциноз, развернутый синдром Кандинского-Клерамбо, состояния остро возникающего интерпретативного бреда, выраженные и продолжительные кататонические расстройства без онейроидного помрачения сознания, парафренные состояния. Кроме того, при приступообразно-прогредиентной шизофрении определяющие приступ расстройства возникают без всякой последовательности, хаотично. За приступами следуют периоды болезненной симптоматики (ремиссии). Однако от приступа к приступу отмечаются все более заметные изменения личности и нарастание слабоумия. Чем сложнее приступ, тем он обычно продолжительнее. Криминогенность больных рекуррентной и приступообразно-прогредиентной шизофренией в период манифестного психоза сравнительно невысока, так как они в подавляющем числе случаев своевременно направляются в психиатрические больницы. Совершение общественно опасных действий этими больными возможно в самом начальном периоде заболевания при наличии таких расстройств, как растерянность, острый чувственный бред, психические автоматизмы, двигательное возбуждение с импульсивными действиями на фоне тревоги или страха. Подавляющее число противоправных действий совершаются больными приступообразно-прогредиентной шизофренией в периоды ремиссий.

Периодическая шизофрения. Периодическая (рекуррентная) шизофрения отличается возникновением острых, относительно кратковременных, психотических приступов, перемежающихся светлыми промежутками (интермиссиями). При этой форме течения заболевания изменения личности нарастают медленно. Приступы могут определяться самыми различными симптомами: аффективными (депрессивными, маниакальными), в форме онейроидной кататонии. Обычно первые приступы развиваются в определенной последовательности и в ряде случаев при повторных возвратах болезни сохраняют прежнюю структуру (тип «клише»). Однако чаще повторные приступы протекают с изменением симптоматики как в сторону ее усложнения, так и в сторону ее уплощения (редукция позитивных расстройств). В развитии приступов рекуррентной шизофрении можно выявить определенную последовательность развития психопатологических расстройств. Сначала возникают аффективные нарушения. Пониженное настроение всегда сочетается с тревогой, капризностью, обидчивостью, слезливостью. Гипоманиакальные состояния сопровождаются восторженностью, умилением, чувством прозрения. Противоположные по структуре аффективные синдромы могут сменять друг друга. На протяжении коротких отрезков времени интенсивность аффективных расстройств подвержена значительным колебаниям. При углублении болезни начинают преобладать тревога, страх, либо восторженно-экстатические состояния. Нарастает двигательное возбуждение или, напротив, появляется заторможенность. В дальнейшем возникает различный по содержанию образный бред. В своем последующем развитии бред изменяется в сторону нарастания фантастического содержания. Оно окрашивает наплывы воспоминаний прошлого, приобретенные знания, происходящее вокруг. Если ранее у больного преобладало двигательное возбуждение, то теперь оно все чаще сменяется состояниями обездвиженности и, наконец, на высоте приступа развивается ступор с онейроидным помрачением сознания. Приступ рекуррентной шизофрении может остановиться в своем развитии на любом этапе. Если все ограничивается появлением только аффективных расстройств, то говорят о циркулярной шизофрении. В случаях преобладания депрессивных расстройств и депрессивных форм бреда (самообвинения, обвинения), а также острого бреда - о депрессивно-параноидной шизофрении. При развитии приступа с онейроидом - об онейроидной кататонии. Частота приступов различна - от одного на протяжении всей жизни до многих десятков. Особенности ремиссий зависят от многих факторов, в первую очередь от частоты и структуры приступов. Чем приступы чаще и сложнее, тем ремиссии хуже, и наоборот. Обычно изменения личности при рекуррентной шизофрении возникают лишь после ряда приступов. Они проявляются снижением психической активности и сужением круга интересов.

старческая шизофрения

Фебрильная кататония (особо злокачественная форма). Фебрильная форма шизофрении является наиболее тяжелым злокачественным видом шизофренического психоза. Фебрильные приступы возможны как при рекуррентной, так и при приступообразно-прогредиентной форме шизофрении. Клиническая картина фебрильного приступа выглядит в виде резко выраженных кататоно-онейроидных расстройств. На высоте фебрильного приступа кататоническое возбуждение изменяется, становится аментивноподобным.

Повышенная температура (субфибрилитет) обычно бывает с самого начала приступа, уже на стадии продромальных расстройств, с последующим резким повышением в период развертывания кататонического состояния.Однако иногда температура повышается только на высоте приступа. Общая длительность лихорадочного состояния значительно короче приступа (от нескольких недель до двух-трех месяцев). Температурная кривая нехарактерна для какого-либо соматического или инфекционного заболевания. Иногда температура утром выше, чем вечером, и достигает высоких цифр (39-40°С). Типичен внешний вид больных: лихорадочный блеск глаз, сухие запекшиеся губы, покрытые геморрагическими корками, сухой красный или обложенный язык, гиперемия кожных покровов. Нередко бывает герпес, кровоподтеки на шее, спонтанные носовые кровотечения, аллергические высыпания. Иногда, напротив, при высокой температуре указанных лихорадочных признаков нет. Отмечаются патологические реакции сердечно-сосудистой системы: ослабление сердечной деятельности с падением артериального давления, учащенный слабый пульс. Реакции крови неспецифичны: лейкоцитоз, сдвиг влево, токсическая зернистость лейкоцитов, лимфопения, увеличение СОЭ. В отдельных случаях повышен остаточный азот, белки и билирубин сыворотки крови, изменено содержание хлоридов. Наряду с этим в моче обнаруживаются выраженные изменения, характерные для патологии почек. Бактериологический посев крови дает отрицательные результаты. Все это указывает на токсикоз.

Динамика психических нарушений происходит по мере нарастания общесоматических симптомов от типичных для приступообразно-прогредиентной шизофрении острых кататоно-онейроидных расстройств (которыми может ограничиваться) в сторону аментивноподобного и даже гиперкинетического возбуждения. При развитии аментивноподобного состояния возбуждение становится беспорядочным, хаотичным. Речь становится совершенно бессвязной (отдельные звуки, слоги, обрывки фраз).

В настоящее время при широком применении аминазина летальные исходы редки, но все же бывают. Смерть от сердечной недостаточности (иногда на фоне мелкоочаговой пневмонии) наступает в стадии аментивноподобного или гиперкинетического возбуждения при их переходе в кому.

Обратное развитие приступа происходит по миновании фебрильных явлений. В этом случае клиническая картина заболевания приобретает вновь типичный для рекуррентной или приступообразно-прогредиентной шизофрении вид. Возникновение фебрильной картины не оказывает существенного влияния на длительность приступа и дальнейшее течение заболевания.

Клиническое наблюдение. Испытуемый А. 34 лет, обвиняется в совершении хулиганских действий.

Рос и развивался согласно возрастной норме. Перенес детские инфекции без осложнений. Окончил 8 классов общеобразовательной школы, курсы продавцов. Учился хорошо. По характеру формировался общительным, уравновешенным, любознательным. Работал продавцом, агентом по снабжению, заведующим складом. В работе проявлял находчивость и расторопность.

В возрасте 25 лет у А. без видимой причины появилось подавленное настроение, чувство тоски. Вскоре оно сменилось повышенно-возбужденным настроением с излишней подвижностью, говорливостью. Считал себя одаренным человеком, говорил окружающим, что он узнает их мысли и что он должен быть направлен в разведшколу для подготовки к важному заданию. В тот период мало спал, все время находился в движении, разбрасывал личные вещи, ходил полураздетым и босым. Периодически испытывал страх, «слышал» выстрелы, говорил о готовящейся бомбардировке. При госпитализации в психиатрическую больницу оказал сопротивление. В больнице первое время сопротивлялся осмотру и лечебным процедурам, упорно отказывался от еды, в связи с чем его кормили через зонд. Был напряженным, злобным. Из отдельных высказываний удалось выяснить, что ему страшно, что кругом «идет игра», «его перевоспитывают с помощью специального психического воздействия». После проведенного лечения состояние улучшилось, был выписан с диагнозом «Шизофрения, ремиссия с дефектом». Несколько месяцев находился на инвалидности II группы, затем был переведен на III группу инвалидности. Устроился работать проводником поезда. Изредка употреблял спиртные напитки, вступал в случайные половые связи. Решил продолжить учебу, поступил в техникум. Занятия давались ему тяжело, испытывал трудности сосредоточения, но периодически «голова работала интенсивно».

Из материалов уголовного дела известно, что А. пришел на дачный участок незнакомого ему гражданина К. и начал требовать, чтобы собака, принадлежащая К. перестала лаять. Когда его попросили уйти, А. нецензурно бранясь, избил К. и нанес ему ножевые ранения.

Во время прохождения судебно-психиатрической экспертизы А. отмечал, что мысли у него то отключаются, то их появляется очень много. Пребыванием в психиатрическом стационаре не тяготился, не проявлял беспокойства о своем будущем. Считал, что на экспертизу его поместили в связи со «стопроцентным выявлением преступности», чтобы «умышленно осудить». На самом же деле он ни в чем не виноват. Говорил, что после лечения в психиатрической больнице у него появились «уравновешенность и самоконтроль», он стал «хорошо владеть собой, способен правильно оценивать других людей и вникать в смысл происходящих событий».

В прошлом А. перенес приступ психоза, в структуре которого отмечались изменчивые аффективные расстройства (депрессия быстро сменялась маниакальным состоянием, а затем страхом), несистематизированный образный бред, отдельные проявления психического автоматизма (симптом открытости), вербальные галлюцинации и кататонические симптомы, среди которых отчетливо был выражен негативизм. В целом приступ был достаточно типичен для приступообразно-прогредиентной шизофрении. В пользу этого диагноза говорит и характер последующей ремиссии. В ее структуре отмечались психопатоподобные расстройства и стертые биполярные колебания настроения. Указания самого больного на появление у него черт уравновешенности всегда свидетельствует о той или иной степени эмоционального снижения. Об этом говорит и равнодушное отношение А. к содеянному и своей судьбе. Правонарушение было совершено А. в период легкого подъема настроения (в гипоманиакальном состоянии) и усилившихся в тот период психопатоподобных расстройств. Заключением судебно-психиатрической экспертизы А. был признан невменяемым и направлен на принудительное лечение в психиатрический стационар общего типа.

Судебно-психиатрическая оценка. Около половины испытуемых, проходящих судебно-психиатрическую экспертизу по уголовным делам и признанных невменяемыми, страдают шизофренией. Признание лица, страдающего шизофренией с различным типом течения, невменяемым или вменяемым зависит от ряда факторов.

В тех случаях, когда клиническая картина психоза или отчетливые изменения личности в период ремиссии (симптомы дефекта в эмоциональной, волевой и когнитивной сферах) не вызывают сомнения в отношении диагноза шизофрении, лицо признается невменяемым. В данном случае речь обычно идет о хроническом психическом расстройстве, когда даже ремиссия (улучшение состояния) носит нестойкий и неглубокий характер.

Если правонарушение совершается больными шизофренией, в прошлом перенесшими психотический приступ, в период стойкой и глубокой ремиссии без отчетливых изменений личности, в этих случаях они обычно признаются вменяемыми. Данное решение принимается в том случае, если глубокая ремиссия без заметных личностных изменений продолжительна, больные хорошо социально адаптированы, и у них в условиях психотравмирующей ситуации, в том числе и связанной с судебно-следственным производством, не возникает ухудшения психического состояния.

При развитии шизофрении уже после совершения правонарушения, в период следствия или после осуждения, во время нахождения в местах лишения свободы, больные освобождаются от отбывания наказания (ч. 1 ст. 81 УК и ст. 362 УПК), хотя в отношении инкриминируемых им деяний они признаются вменяемыми. Таких больных по решению суда направляют в психиатрические стационары на принудительное лечение.

Во время судебно-психиатрического освидетельствования больные шизофренией иногда прибегают к диссимуляции имеющихся у них психических нарушений. Данное явление чаще наблюдается у больных с депрессивными и бредовыми расстройствами. Эти лица всячески стараются доказать, что они психически здоровы, предпочитая нести ответственность за совершенное правонарушение, чем быть признанными больными.

Большие сложности при распознавании шизофрении возникают на начальных ее этапах, а также при вялом ее течении, когда преобладают психопатоподобные и неврозоподобные расстройства. В этих случаях часто недооценивается степень изменений личности и переоценивается значение психотравмирующих факторов. Признанные вменяемыми данные лица могут продолжительное время находиться в местах лишения свободы, отбывать наказание, а затем в результате обострения болезни или имеющихся у них изменений личности совершать повторные общественно опасные деяния.

Способность свидетелей и потерпевших, страдающих шизофренией, участвовать в судебно-следственном процессе, правильно воспринимать обстоятельства по делу и давать о них правильные показания обязательно должна оцениваться с учетом сохранных сторон их психической деятельности, а также в зависимости от характера анализируемой криминальной ситуации, участниками которой они оказались. При соблюдении указанных принципов гражданские права психически больных - потерпевших и свидетелей - всегда будут соблюдены.

Довольно часто больные шизофренией проходят судебно-психиатрическое освидетельствование в гражданском процессе, когда решаются вопросы их дееспособности и установления над ними опеки. Необходимость охраны прав психически больных и вопросы профилактики общественно опасных действий определяют значение данных экспертиз. Между экспертными показателями вменяемости и дееспособности в некоторых случаях возможно расхождение. Вопрос о дееспособности рассматривается как способность понимать значение своих действий и руководить ими. Особенности клиники шизофрении, возможность удовлетворительной социальной адаптации больных и особые требования, предъявляемые к субъекту при совершении различных юридических действий (имущественные сделки, брачные отношения, воспитание детей), вызывают необходимость дифференцированной оценки больных применительно к различным правовым актам.

Болячки: Шизофрения 05.08.2010 ч.3